Введение Современная экологическая ситуация в водоемах Нижней Волги, связанная со все возрастающим антропогенным воздействием, влияет на различные сообщества гидробионтов, в том числе и на фауну паразитов рыб, которые являются полноценными компонентами экосистем водоемов и в первую очередь испытывают влияние различных факторов внешней среды [1]. Из паразитов с прямым циклом развития для рыбохозяйственных водоемов Нижнего Поволжья опасность представляют моногенеи. Любой вид моногеней при благоприятных для его развития условиях может стать причиной массовых заболеваний и даже гибели рыб. Изучение биологии и экологии моногеней включает комплекс проблем, решение которых тесно связано с практическими задачами рыбоводства на внутренних водоемах и имеет большое значение для дальнейшего совершенствования методов борьбы с гельминтозами рыб [2]. Это обусловило цель исследований - проведение эколого-паразитологического мониторинга рыб по моногеноидозам в водоемах Нижней Волги. Материал и методы исследований Сбор материала проводился в 2008-2011 гг. на Чаганском рыбопитомнике акционерного общества закрытого типа «Астраханрыбакколхозсоюз», который является основным поставщиком рыбопосадочного материала для прудовых хозяйств Астраханской области. Кроме того, исследовалась рыба из западно-подстепных ильменей (как пресноводных, так и солоноватоводных) Икрянинского и Наримановского районов. Материалом для исследования послужили разновозрастные группы карпа и сазана. Всего было исследовано 1138 рыб разного возраста. Сбор и обработку рыб по моногенеям проводили по общепринятым методикам [3, 4]. При исследовании разновозрастных групп карпа нами было обнаружено шесть видов моногенетических сосальщиков: Dactylogyrus achmerowi, Dactylogyrus anchoratus, Dactylogyrus extensus, Dactylogyrus vastator, Paradiplozoon sp., Gyrodactylus elegans. Результаты исследований и их обсуждение D. achmerowi был обнаружен нами на рыбах всех возрастных групп. Интенсивность инвазии характеризовалась двухвершинной кривой с первым пиком в мае (у годовиков), максимальная интенсивность инвазии составляла 49 экз. на рыбу, при экстенсивности инвазии 85 %. В июне отмечено резкое снижение численности гельминтов - до 22 экз. на рыбу (рис. 1). Рис. 1. Динамика зараженности карпа (годовики, двухлетки) D. achmerowi С конца июля по август отмечался второй пик зараженности двухлеток карпа D. achmerowi с максимальной интенсивностью инвазии в начале августа до 60 экз. на рыбу. К началу сентября отмечалось снижение максимальной интенсивности инвазии до 31 экз. на рыбу у 50 % исследуемых рыб. Полученные нами данные по динамике зараженности рыб моногенеями согласуются с данными В. Е. Томнатика [5], который также регистрировал D. achmerowi у карпа в рыбоводных хозяйствах Молдавии. Согласно результатам исследований В. Е Томнатика, данный вид является эвритермным. D. anchoratus обнаруживался на карпах всех возрастных групп в течение почти всего года. Зараженность карпа моногенеями D. anchoratus представлена двухвершинной кривой (рис. 2). В июне зараженность молоди моногенеями быстро росла, и во второй половине месяца наступил первый пик их численности. В этот период экстенсивность инвазии колебалась в пределах 80 %, при максимальной интенсивности инвазии до 48 экз. на рыбу. В июле зараженность карпа D. anchoratus несколько уменьшилась, но в первой декаде августа нами был отмечен второй пик инвазии. Экстенсивность инвазии в этот период составляла почти 100 %, а интенсивность - 123 экз. на рыбу. В конце августа зараженность карпа начинала постепенно снижаться и к концу сентября падала до 10 экз. на рыбу, в дальнейшем D. anchoratus встречался единично. Рис. 2. Динамика зараженности карпа D. anchoratus По-видимому, колебания численности моногеней в период выращивания карпа на первом году жизни зависят от температуры, что также согласуется с данными [5]. D. extensus у молоди карпа впервые был зарегистрирован во второй половине июня (рис. 3). К концу июня инвазия рыб этим паразитом быстро нарастала, и в конце третьей декады месяца наступил первый пик их численности. В этот период экстенсивность инвазии D. еxtensus колебалась в пределах 60 %, при максимальной интенсивности инвазии 16 экз. на рыбу. В июле зараженность карпа D. еxtensus снизилась, а во второй декаде августа отмечался второй пик инвазии. В это время максимальная интенсивность инвазии составляла 37 экз. на рыбу, при экстенсивности инвазии 95 %. В конце августа зараженность несколько снизилась и до середины октября находилась на сравнительно высоком уровне. Рис. 3. Динамика зараженности карпа D. extensus Необходимо отметить, что в аквариальных условиях, где температура воды была выше 20 ºС, численность D. еxtensus резко падала, а при понижении температуры воды до 12-16 ºС показатели зараженности карпа D. еxtensus увеличивались. Наши данные говорят о холодолюбивости этого вида, что подтверждается исследованиями, описанными в [6]. Сезонная динамика зараженности карпа D. vastator характеризуется двухвершинной кривой (рис. 4), с ярко выраженным максимумом численности во второй половине июня и сравнительно незначительным ее повторным подъемом во второй половине сентября, при минимуме в августе. В период июньского максимума, при 100 % экстенсивности инвазии, интенсивность инвазии была равна 39 экз. на рыбу. В период сентябрьского подъема экстенсивность инвазии не превышала 60 %, а интенсивность инвазии составляла 19 экз. на рыбу. Рис. 4. Динамика зараженности карпа D. vastator Наши наблюдения, а также исследования [7, 8] показали, что D. vastator - паразит теплолюбивый (оптимальная температура развития - 22-24 ºС) и очень опасный для молоди карпа. Первые гельминты на молоди карпа были зарегистрированы в конце мая, при средней длине молоди 5,2 см и массе 3,9 г. Paradiplozoon sp. на жабрах годовиков и двухлеток карпа встречался единично (1-2 экз., 20 %). Однако необходимо отметить, что в ильменях численность диплозоид была выше, чем в прудах, и моногенеи регистрировались у аборигенных видов в основном осенью. В [1, 5] отмечалось, что диплозоиды являются более устойчивыми к ухудшению условий среды обитания (повышение солености, понижение температуры и т. д.), чем дактилогирусы. Это согласуется с нашими данными. Gyrodactylus elegans в наших исследованиях имел эпизоотическое значение. Возбудители гиродактилеза чаще всего встречались у годовиков карпа в период разгрузки зимовальных прудов (от 2 до 10 экз. на рыбу, 30 %). Согласно [1], закисление водоемов благоприятно сказывается на развитии моногеней p. Gyrodactylus. Заключение Анализ полученных данных показал следующее: - у разновозрастных групп карпа было обнаружено шесть видов моногенетических сосальщиков, относящихся к трем родам, из которых патогенное значение имеют Dactylogyrus anchoratus и Dactylogyrus vastator; - наибольшую опасность моногенеи представляют на первом году жизни: первые моногенеи (D. vastator) обнаружены у карпа в конце мая - начале июня в возрасте 25-30 дней, при средней длине тела 5,2 см и массе 3,9 г. Сезонная динамика зараженности карпа моногенеями в весенне-осенний период имеет не менее двух пиков; - ихтиопатологический мониторинг состояния рыб должен носить обязательный характер, а лечебно-профилактические мероприятия необходимо проводить регулярно.